Книга "Чары Волчары"

Чары Волчары - художественный текст, написанный игроком Vlkdrich 14 сентября 2026. В тексте описывается персональная трактовка событий на сервере и личный лор игрока Vlkdrich. Произведение не имеет никакого отношения к реальности.
На сервере текст представлен 3-мя книгами.

Книга I

Введение
Вылкдрих является представителем рода ликеосов - волков, способных превращаться в людей. Их миссией является контроль баланса природы и человека. Мир, где родился Вылкдрих, полон не похожих друг на друга существ, сообществами, городами и государствами. Электроника была доступна, но большинство сообществ предпочитало не использовать сложные технологии.

Вылк возвёл город - Нью-Бонк, где волки и люди живут в мире. Он создал объединение мирных городов и назвал его Содружеством. Он женился на драконихе, плодами их союза стало трое сыновей: Вылкдрак(Драк), Вылкдарь(Дар), Драспар(Спар). Он один занимался их воспитанием, так как его дорогая супруга была вынуждена вернуться в далёкие земли драконов.

15 лет назад было завершено возведение серпских стен, окруживших город Пирра.
У пиррийцев не было времени отреагировать - под покровом ночи силами серпских военных и рабов была возведена первая часть стены. У пиррийцев не было шансов помешать превосходящему противкнику.
Лунар - главнокомандующий армии Империи Серп, уже в какой раз обходил стену, не в состоянии налюбоваться своим творением. Он добрался до очередной башни, на ней развевался фиолетовый флаг с жёлтым полумесяцем - знаком Империи Серп. С высоты стен он глядел на огни ночной Пирры.
По витиеватым тоннелям городской канализации спешил рыжий лис. Он замедлил шаг, часто дыша и высунув язык. Из его пасти капала слюна, на рыжей морде виднелись белеющие волоски седины. Он не молодел.
Он был оборотнем, его звали Редфокс. Он возглавлял пиррийский народ, под его началом был возведён этот город. Совсем недавно Пирра кипела жизнью, люди строили планы на будущее и были счастливы. Сегодня же горожане в страхе сидели по домам. Не задавая вопросов, Редфокс помогал всем желающим покинуть Пирру. Он знал пути.

В это же самое время Вылк и его друг Михаэль завершили возведение здания библиотеки города Нью-Бонк. Они лежали на новом еловом паркете, от него пахло хвоей. — Надо ещё лес у реки срубить… — устало вздохнул Михаэль. — Нет. — Вылк потянулся. — Лес - это часть города. Там живут волки.

15 лет спустя белый волк широкими прыжками продвигался в столицу Республики Эстен, получив тревожное известие от своего друга. В километре от города угрожающе зависли незваные дирижабли серпской армии. Они были в полной боевой готовности, но не нападали.
Волк проскользнул в город. Во время бега его когти с характерным звуком царапали брусчатку. Силуэты белоснежных зданий и башен освещаемые фонарями проносились мимо него, а вдалеке виднелась городская радиовышка, на вершине которой мигал красный огонёк.
Ночные гуляки с беспокойством перешептывались о новых “соседях”. Волк чуть не столкнулся с мужиком, вышедшим из-за угла. Зверь метнулся в сторону от выпавшего из его рук мешка. Он, суетясь, отбежал в тёмный переулок. Мгновение — и белый волк превратился в поджарого человека с серебряно-серыми волосами. Вылкдрих опёрся о стену рукой, перевёл дыхание и двинулся в сторону квартиры своего друга.
Премьер-министр Республики чертил линии на карте своих владений, сидя за рабочим столом. Его чёрные износившиеся крылья то и дело подрагивали от стресса. Михаэль был авиалом - представителем расы крылатых людей. Прошлой ночью он явно не спал.
Вылк объявился в жилище товарища, они спешно расположились за столом. По своему волчьему обыкновению Вылк, отведя глаза в сторону, пристально слушал рассказ друга о случившемся, нервно сгрызая в труху подобранную с улицы палку.

Очередная выходка Лунара, военного наместника Серпской Империи, не удивила Волка - он помнил о серпских стенах.
— Подписал что?! — Куски жёваной коры и древесных волокон от резкого возгласа Вылка полетели на стол. Вылк встал со стула, опираясь обеими руками на стол.
Михаэль попытался успокоить друга и начал объяснять сложные политические перипетии, связанные с решением Риспикса, их друга и, видимо, бывшего союзника. Предоставленные аргументы ничего не стоили для Вылка. В какой-то момент своего рассказа Михаэль моргнул, и на стол уже опирался лапами белый волк, впиваясь когтями в древесину. Вылкдрих не желал сдерживаться и принял свой истинный облик.
— У него не было другого выбора.
— БЫЛ! — Волк открыл пасть, словно для лая, но из его пасти доносились вполне понятные слова, как, впрочем, и обычно. — КТО ДАВАЛ ЕМУ ДЕНЬГИ?
— Ты.
— КТО КОРАБЛЯМИ ПОСЫЛАЛ ЕМУ ЧЕРНИТ?
— Ты.
— ЧЬИ МИРОТВОРЦЫ СТОРОЖИЛИ ЕГО ЛЕСА ВО ВРЕМЯ БУЙСТВА ЕДИНСТВА?
— Твои.
— А С КАКОГО РОЖНА ОН РАЗИНУЛ ПАСТЬ НА МОЕГО ДРУГА?
Вылк одним прыжком оказался у двери. Он повернул голову в сторону Михаэля, блеснув своими жёлтыми волчьими глазами.
— У него есть дети?
— Вылк, Риспикс - растение.
— Я домой, — фыркнул волк, толкая головой дверь.

— Он его загрызёт.
— 7…8…9…
— Я видел это в его глазах…
— 19…20, — Майю размешала 20 капель травяной настойки в стакане с водой. Михаэль бессильно обмяк в кресле, его лоб охлаждало мокрое полотенце. Бессонная ночь и стресс сами по себе делали его самочувствие паршивым, а резкость друга добила его окончательно.
Майю поднесла к губам мужа стакан и осторожно наклонила; Михаэль выпил лекарство. Девушка отставила стакан и села у коленей супруга, взяв его руку в свою ладонь, и мягко поцеловала.
— Дорогой, тебе нужно поспать.
— Но мне надо… я хотел пойти… в архив, да… — Он еле перебирал языком, его глаза уже были закрыты.
— Ты ничего путного не сделаешь в таком состоянии, пожалуйста, ложись спать.
— Да… да, ты права, — он попытался подняться с кресла, но его голову тут же пронзила молния острой боли. Министр повалился обратно.
— Сиди, я тебя раздену. — Майю, вздохнув, начала расстёгивать рубашку мужа.
Михаэль прикрыл глаза. В полубреду перед его глазами предстала зубастая волчья пасть Вылка; с его клыков, чёрных губ и языка падали капли слюны, вмиг обретшие кроваво-красный цвет.
— Он его убьёт, мне надо послать ему письмо сейчас… — Михаэль вскочил было с кресла, не обращая внимания на боль. Его сил хватило лишь на то, чтобы встать в полный рост, полотенце с его лба упало на паркет. Михаэль уже начал валиться куда-то вбок из-за не до конца снятых штанов, но девушка смогла удержать его и уложить обратно в кресло.
— Никто никого не убьёт, Вылк хороший волк.
— Если бы я не сказал… он бы не разозлился…
— Он бы узнал в любом случае. — Майю пригладила растрепавшиеся волосы супруга и обняла его. — Всё будет хорошо.

В архиве библиотеки города Нью-Бонк Вылк перебирал кипы документов с отличительными гербами Фрагментарата Эклипс, которые он подписывал с его главой - Риспиксом. В той же комнате возился Драспар, единственный унаследовавший драконье обличье и крылья от матери. В своём настоящем облике он был по колено отцу.
Правая кожаная перчатка Вылкдриха, снятая в процессе письма, шлёпнулась со стола на пол к радости крохи, принявшегося жевать новую игрушку. Вылк не услышал этого. Он штудировал союзнический договор Эклипса и Содружества Волчьих Городов.
"Обе стороны обязуются поддерживать принцип ценности мира"
"Стороны обязуются не поддерживать провокации третьих лиц по отношению друг к другу"
"Главы сторон обязуются поддерживать дипломатическую коммуникацию друг с другом"
Эклипс, как и Эстен, были союзниками Содружества Волчьих Городов, которым и управлял Вылкдрих. Агрессия одного из союзников к другому, согласно договору, была недопустима. От досады Вылк чуть не сжал в руках документ. Он потянулся к своей перчатке, но на месте её не оказалось. Сын утащил её в угол и почти дожевал.
— Сын, брось!
Драконоволчонок оглянулся на встающего из-за стола отца. Между острых драконьих зубов торчали куски кожи, он припал на передние лапы: так обычно молодые волки приглашают друг друга к игре. Сердце Вылка приятно дрогнуло, как и всегда, когда он видел волчьи повадки в драконьем детище. Он не смог злиться на сына.
Вылк принял приглашение и начал догонять Спара, ринувшегося прочь, в глубину книжных рядов. От его серебряно-белых чешуек отражались огни горящих свечей. Вылк быстро нагнал отпрыска, прижав его к полу, оголённой рукой он открыл его пасть, высвобождая из зубастого плена остатки перчатки. Хохоча, он дунул в ноздри сына, на что тот начал кашлять и чихать синими огненными искрами.
— Ладно, ладно, мне не стоило. Не хватало ещё нам с тобой сжечь библиотеку.
Вылк взял сына на руки и вернулся за рабочее место, пересаживая дракончика на край стола. Его чешуйчатый хвост с меховой белой кисточкой на конце повис между столом и полом. Вылк обмакнул перо в чернила и написал жене письмо об их успешном возвращении домой, о непростых политических потрясениях и о плане касаемо Риспикса. Вылкдрих свернул послание в трубку и отправился на улицу. Свободной рукой он придерживал Спара, забравшегося ему на плечи.
Приятная прохлада уходящего лета тронула носы отца и сына. С возвышенности Вылк мог разглядеть его Нью-Бонк. Большая часть застройки была из каменной кладки или дерева. Недалеко располагалась городская площадь. Там было несколько магазинов. Большая же часть города состояла из скоплений небольших домов. Из любой части города можно было увидеть нетронутые участки леса, где волки, сородичи Вылка, могли жить.
По привычке Вылк окинул взором звёздное небо, быстро найдя созвездие Пещеры Душ и Звёздной Лестницы. Он передал в когти сына послание для жены. Вылк облизнул палец и поднял его над головой, определяя направление ветра. В это время дракончик выпустил изо рта тонкую струйку пламени, сжигая в ней послание для матери. От бумаги остались лишь синие искры, их вереница пустилась на юго-запад, в сторону Драконьих земель. С поправкой на ветер, оно должно было дойти до Дракошки примерно через 7 минут.

Спар, выполнив свой долг, спикировал с плеч отца на землю и побежал в сторону леса. Он, набрав скорость, взмахнул перепончатыми крыльями и взлетел на кончик ближайшей сосны. Дракончик на мгновенье оглянулся на отца, прощаясь с ним, и пустился вглубь леса, прыгая по верхушкам сосен. Вылк проводил его взглядом и, обернувшись волком, отправился в другую сторону.
Как рассказывала жена, в Драконьих землях молодняк после вылупления около 15 лет живёт в дикой природе самостоятельно. Лишь иногда они пересекаются со старшими драконами, путешествующих по горам и лесам. Юнцы не появляются в городах драконьего народа, сторонясь больших скоплений собратьев - таков их инстинкт, позволявший им не быть съеденными тысячелетия назад. Раньше молодого дракона пускали в города лишь после того, как один из горожан признает его своим отпрыском. Ныне запреты ослабли, однако, инстинкты всегда давали о себе знать, в том числе в отношении Драспара. Через два месяца после рождения он, впервые услышав дикого зайца, смог с первой попытки совершить смертоносный прыжок. При этом, в обществе он был совершенно беспомощен: видя незнакомца, малыш замолкал. В целом, он не любил вербальное общение. Вылк не беспокоился о сыне, когда тот, почуяв нечто интересное в лесу, срывался туда. Он принимал его драконью сторону, хоть ему и было тяжело - в возрасте сына он уже полностью контролировал своё обращение и мог с куда меньшим трудом притвориться частью людского общества.

Белый волк двинулся вдоль реки, проходящей по границе его леса. Недалеко виднелся Седьмой Перст - серпский город, построенный Лунаром 5 лет назад по разрешению Вылкдриха. Волк дошёл до дома Сашалу, раньше рядом с ним через реку тянулся мост от города Нью-Бонк до набережной Седьмого Перста.
“— Вылк”
Ещё до отбытия Вылка мост внезапно исчез.
“— Во-олк”
Возможно, конечно, этому была веская причина, к примеру, перестройка набережной.
“— Во-олчара-а! — Лунар стоял на противоположном берегу реки. Он в упор смотрел на Вылка бледно-зелёными глазами. Лунар только начал строительство Седьмого Перста, но уже успел возвети стены для городского замка. — Надо построить мост.
— Да, да, я сделаю.
— Не откладывай.
Вылк взялся за строительство, ему было нетрудно - его просил друг. Была весна, всюду пахло свежей травой. Ему помогали дети, тогда ещё совсем маленькие. Они начали утром и закончили к ужину.
Дар и Драк по очереди бегали через мост с маленьким Спаром на руках, хихикая.
Старшие дети посадили брата-дракона на перила моста. Внезапный всплеск в реке, секунда, он уже летел головой вниз. Ловкий нырок, несколько громких всплесков, юный охотник управился с добычей и вытащил её на берег.
После ужина дети вернулись на мост, они бросали палочки в воду через перила и быстро бежали к противоположной стороне, чтобы узнать - чья палочка переплыла мост быстрее.”
В то лето, 5 лет назад, умер Редфокс.
Вылк совершенно не помнил, когда в последний раз он разговаривал с Лунаром.

Волку снился сон. Он стоял на Горацио - личном корабле Эдварда Тича - главы Пиррийского морского флота. Корабль был поразительно огромен, его чёрные паруса трепетали на ветру. Вдруг послышались громкие взмахи огромных крыльев. Вылка накрыла тень огромного серебряно-белого дракона, его размер был, примерно, с четверть корабля. Это была Дракошка, жена Вылкдриха, мать его сыновей. Её морда расплылась в улыбке при взгляде на любимого. Вылк радостно завилял хвостом и начал уже было топотать на месте в счастливом танце, но его лапы начали скользить по мокрой палубе, он прекратил, чтобы не упасть.
Вылк увидел фигуру Эдварда, стоящего на носу его могучего судна. Он, осторожно ступая по мокрой древесине, направился к другу. Волк давно его не видел, ведь Эдвард пустился в своё плаванье ещё до смерти Редфокса. Наконец он добрался до товарища. Эдвард улыбнулся Вылку и по-дружески похлопал его по волчьему плечу.
— Всё закончилось штормом, — внезапно заговорил Эд. — Волны потопили наши лодки. Мы должны были бросить все наши надежды в океан, в тёплое серое море. Ты мне веришь? — Не понимая, о чём речь, неуверенно кивнул.

В одно мгновение Вылк оказался у горящего костра на коленях у отца. Он был едва подросшим щенком. В те времена они с отцом часто сидели так. Родитель приучал Вылка к огню, в детстве красный цветок очень пугал его. Отец погладил голову сына между ушей. Щенок поднял глаза и заворожённо вгляделся в его лицо.
— То его пропащее будущее. — Отец продолжал гладить сына. — А это - наша мечта. — Он обвёл рукой лес, окружавший их. Еловые лапы покачивались на ветру, слышалось трещание углей, где-то неподалёку щенок услышал, как мышь возилась в высохших хвойных иглах. — Ты сам выбираешь то, во что тебе поверить.

Книга II

Вылк ночевал в лесу в черте города. До него начал доноситься щебет проснувшихся птиц, но он спокойно продолжал дремать, пока ему не послышались два родных голоса. Первый - глубокий и тихий, слышимый в несколько раз реже, чем второй - напористый и громкий. Вылкдрих открыл глаза. Небо светлело, солнце ещё не взошло.
“Почему они не спят?”
Вылк поднялся со своей лёжки и, скрываемый порослью, выглянул на поляну, куда пришли дети. Двое погодок: старший - высокий и коренастый Вылкдрак, средний - юркий и поджарый Вылкдарь. Им было 13 и 12 лет соответственно. Волосы обоих были серо-серебристого цвета. Причёска Драка была короткой и практичной, давно не стриженные локоны Дара подскакивали при каждом шаге. Старший сын очень серьёзно подходил к фехтованию и всё свободное время уделял тренировкам. Для утренней тренировки Драк не поленился облачиться в полный кольчужный доспех. В его руках была охапка тренировочных мечей. Дар беспечно шагал в обыкновенных рабочей рубахе и штанах, весело размахивая своим шлемом. Братья добрались до удобной поляны и начали готовиться к тренировке.

Лишь Вылкдарь унаследовал полноценную способность дышать огнём. Вылк находил это ироничным: в истинном обличье только он походил на обыкновенного волка. Дар был словно спичка в еловом лесу - его способность была опасна для их родных лесов. Однажды Дар узнал о шлемах с системой труб, позволяющей создавать мощные струи огня. Средний отыскал в Нью-Бонке старого мастера-кузнеца пиррийца, покинувшего родину из-за возведения серпских стен. Он и выковал юнцу доспех в виде угрожающей волчьей морды, оскалившей зубы.
Вылк был ошеломлён не только невероятной способностью сына добиваться желаемого, но и тем, что теперь опасное оружие находится на территории его леса. Ситуация переросла в безобразный скандал, в результате которого Вылк запретил сыну дышать огнём в лесах. Шлем можно было носить только как красивый доспех исключительно с разрешения отца.

Вылк, хмурясь, наблюдал за средним сыном. Он не давал ему разрешения. Дар напялил шлем на голову, не закрепив ремни, от чего тот ходил ходуном на голове мальчишки. Братья начали фехтовать. Драк пытался отработать с братом базовые приёмы, но Дар лишь суматошно махал оружием. Драк осторожно отбивал удары брата и иногда бил по нему, что заставляло взвизгивать юного мечника.
— Я не хочу махаться, ты больно бьёшь.
— Могу по-настоящему больно тебя треснуть, и ты поймёшь разницу. — Драк сжал рукоять меча. — Почему ты не отражаешь удары? Ты не сможешь защитить себя, если будешь относиться ко всему как к игре.
— Мне достаточно один раз дыхнуть, чтобы спалить всю серпскую армию, давай я тебе покажу.
— Отец тебе не велел.
— Это единственное, чем я могу защитить наш дом!
— Не аргумент, чтобы идти супротив отца.
— Ой, оставь свой говорок! Армия Серпа не пощадит тебя если будешь глаголить как старик. — Дар пытался плотнее усадить шлем на голове. — Я попробую подышать, как мама показывала.
— Я не позволю, отец не велел.
Драк попытался схватить брата, но юркий Дар отдалился на несколько прыжков от старшего. Он поправил шлем, прицелился в мокрую траву посреди поляны и с шипением выдохнул угрожающую струю огня. На поляне остался след, однако ничего не загорелось, лишь пара огоньков затухала на выжженной земле.
— Видишь, — Дар повернулся к брату, — ничего не вспыхнуло, мы можем прямо сейчас спалить дотла Седьмой Перст и поставить Лунара на место. Драк смотрел не на брата, а в сторону. Дар не мог этого увидеть: шлем значительно уменьшал его угол обзора.
Вылкдрих недавно вышел из укрытия. Он взял один из оставленных тренировочных мечей, выбрав тот, что подлиннее. Отец, сделав выпад, ударил снизу вверх по незафиксированному шлему. Доспех слетел с головы Дара и с лязгом упал на землю. Вылк откинул тренировочную палку, сорвал левую перчатку с руки и с размаху ударил юнца по щеке. От неожиданности Дар обратился в белого волчонка и, скуля, сел, едва не упав.
— Балбес! — Вылк опять замахнулся на сына перчаткой. Щенок прижал уши к голове и слегка пригнулся. Он облизывал губы под носом раздвоенным розовым языком, выражая покорство. — Велено было не трогать жестянку, ни меня не послушал, ни брата, как не стыдно! — Дар слегка привстал и поджал под себя хвост.
— Отец, — тихо начал щенок, — Эстен будет окружён, как и Пирра когда-то. Мы следующие в очереди, я бы смог защитить нашу землю... Вылк схватил сына за шкирку, приподнял и откинул в сторону, волчонок от неожиданности взвизгнул, падая на землю. Через мгновение над ним навис взрослый белый волк, скалясь.
— Ты захотел ногами вперёд отправиться по Звёздной Лестнице? Захотел навестить деда?! — Вылк щёлкнул зубами над мордой сына. Он, рыча, посмотрел в глаза волчонка. Отец и средний отпрыск были похожи как две капли воды. Единственным отличием были зрачки Дара - они были вертикальными, как у матери.
— Ты ещё не понял, что Лунар, как и любая кошка, бросает играться со своей добычей в тот самый момент, когда она прекращает сопротивляться?! И нападает тогда, когда добыче хватило мозгов оказаться слишком близко! — Волчонок пытался вжаться в землю. — Тебе запрещено подходить к Седьмому Персту. — Вылк прекратил удерживать постоянный оскал, лишь изредка показывая клыки. — И трогать свой шлем. — Вылк изменил облик, вставая в полный рост и подняв шлем с земли. Отец прошёл мимо смирного Драка, одобрительно потрепав его за волосы. — И твой брат за этим пристально проследит. — Дар уже обернулся человеком и сидел на земле, трогая краснеющую щёку. — Вы - дети, ваше дело расти, смотреть и учиться. — Нравоучал Волк. — Содружество - мирное государство, мы никогда не поднимем меча для убийства. Вы прекрасно знаете, что случилось во время Исторической войны. Наше дело правое, мы защитим себя и своих союзников. — Вылк нахмурился, глядя на среднего сына. — Но это станет невозможно, если ваши выходки спровоцируют новую войну.

Вылкдрих, Михаэль, эстенский советник Сол и глава Багрового двора Кримсон стояли у Анкасского замка. Он принадлежал Вылку и располагался недалеко от центральных земель. Помощники примеряли маскарадные волчьи маски, от чего смахивали на компанию псоглавцев.
— После того как я упомяну эту статью, тихо поднимайтесь и окружайте его стул. Никакой агрессии, просто демонстрируйте оружие, если он начнёт нападать на вас - скрутите его.
— Так, то есть ты втянул главу Багрового Двора в политические разборки? — поинтересовалась Кримсон.
— Нет, нет, вы играете роль представителей банды. Ты выступаешь не от имени Двора, а от имени безымянного разбойника.
— Что если он прибудет не один? — поинтересовался Сол.
— О, нет, он придёт один. — От улыбки Вылка Михаэлю стало дурно. Он смотрел в глаза друга, пытаясь понять, о чём тот думает. Сол и Кримсон уже отправились занимать позиции, крылатый мялся на месте. Он согласился на участие в этом театре лишь для того, чтобы не дать волку разорвать Риспикса.
— Что-то случилось, друг? — Вылк наклонил голову на бок.
— Волк, понимаешь, Риспикс - мой друг. И ты мой друг. — Михаэль нервно сжимал волчью маску в руках. — И у тебя свои очень специфические представления о преданности, и… я боюсь, что ты его убьёшь. — Лицо Вылка очистилось от всяких эмоций, он начал смотреть прямо в глаза своему лучшему другу.
— Нет, я его не убью. Я разве когда-то убивал своих званых гостей?
— Нет, просто, — Михаэль завёл свободную руку за голову, держась ею за затылок. — Тогда я увидел нечто в твоих глазах… Мне казалось, что ты точишь на него клыки. — Вылк вздохнул, помолчал некоторое время, собираясь с мыслями.
— Миха, у меня есть для тебя очень важное признание. — Вылк смотрел на лицо своего друга. — Я - волк. Я кусаюсь. Волки кусаются, чтобы выжить. Риспикс не представляет для меня угрозы. Если от человека не исходит физической угрозы - я кусаюсь словами. И вы все, наверное, думаете, что мне уж очень нравится так кусаться. Но я не жестокий волк, ты это знаешь. Видимо, я часто причиняю укусами боль другим. Наверное, я укусил тебя тогда. Я очень дорожу тобой, поэтому я злился. Прости меня. Однако, я не могу обещать, что этого не повторится. — Волк вдохнул, из-за монолога у него кончился воздух в лёгких. — Никто здесь сегодня не умрёт.

Вылк ожидал гостя у входа в замок. Наконец, нечто органической природы, что удерживалось в силуэте человека исключительно с помощью одежды, приблизилось к Вылку.
— Приветствую тебя, глава Фрагментарата Эклипс, Риспикс, из осколка Арбуст.
— Приветствую тебя, Вылкдрих, белый волк из лесов Аттикуса, глава Содружества Волчьих Городов.
Союзники поклонились друг другу и Вылк жестом пригласил гостя в замок. Двое направились по витиеватым коридорам строения, направляясь на вершину одной из башен. Одолев длинную лестницу, правители попали в библиотеку со столом посередине. Риспикс присел за свой стул, украшенный его геральдическими знаками. Он располагался спиной к лестнице. На столе учтиво стоял графин воды и два стакана. Из тела главы Фрагментарата выполз корень, похожий на щупальце. Отросток залез в графин, после чего жидкость в сосуде начала постепенно убывать. Вылк молча сел за свой стул, не решаясь смущать гостя.
— Итак, я хотел обсудить наш союзнический договор. — Вылк бегло взглянул на экземпляр документа, лежащий перед ним. — Вы, Риспикс, поддерживаете военную кампанию против союзника Содружества, которую начал известный военный преступник. Такая агрессия нарушает сразу несколько статей договора. Более того, если обратиться к статье 1.2 — Вылк услышал мягкие шаги по лестнице. — в ней чётко прописано, что союзники не должны поддерживать провокации третьих лиц по отношению друг к другу. Согласно документу, на территорию Эклипса периодически приходят поставки стройматериалов от Содружества. А вы их, судя по всему, тратите на диверсии, а не на улучшение старых и постройку новых городов. Что вы можете на это всё сказать?
— Произвол! — Риспикс взмахнул сплетением листьев и корней, имевшим вид руки. — Где доказательства, что материалы тратятся на это? Если у этого неназванного союзника есть ко мне претензии, пусть он придёт сюда и выскажет свою позицию по данному вопросу. — Всё это Риспикс говорил, продолжая пить воду из графина вторым щупальцем.
— Дело в том, Риспикс, — Вылк встал со стула, опираясь руками на стол. — что сейчас в этом замке нет никого, кроме тебя, меня и моих друзей. — Из-за стула выступили три фигуры в Волчьих масках, одна из них блеснула лезвием меча перед “лицом” органического создания. Риспикс спешно втянул в себя щупальце, его точечки глаз быстро забегали, осматривая появившихся псоглавцев. Когда Риспикс вновь взглянул на Вылка, на его месте передними лапами на столе стоял белый волк. Волк приподнял морду и оскалился, приподнимая уголки пасти, создав тем самым ужасающую улыбку.
— Вернёмся к нашему с тобой разговору, мой друг. — Белый волк залез на стол и парой осторожных шагов приблизился почти вплотную к правителю Эклипса. — У меня для тебя есть несколько условий, которые тебе будет очень выгодно выполнить.
— По всей видимости, я сейчас не в той позиции, чтобы отказывать, — осторожно проговорил Риспикс, растягивая каждый слог, оглядывая при этом псоглавцев.
— Во-первых, мне нужно то, что у тебя уже есть, но о чём ты ещё не знаешь.
— Минуточку, а что это?...
— Может, у тебя беременна жена или кобыла. Ребёнок в таком случае достанется мне.
— Лично я не сильно плодовит в последнее время… постараюсь доставить тебе своего лучшего жеребёнка.
— Во-вторых, мы с тобой представители культурного общества, я не планирую посылать своих миротворцев рыть окопы в землях Эклипса, от тебя я ожидаю взаимности касаемо земель Содружества.
— Справедливо, мои войска не будут нападать на твои земли.
— В-третьих - разрывай союзнический договор.
—...Что?
— Ты являешься стороной, по чьей инициативе разрывается союзнический договор Эклипса и Содружества. Рви его. — Из тела Риспикса с неуверенностью вытянулись два щупальца, которые потянулись к свитку, приподняли его над столом и, потянув в разные стороны, разорвали бумагу. — Теперь поставки стройматериалов прекращены. Надеюсь, однажды Эклипс вновь станет мирным государством.
— Это всё?
— Да, тебя проводить к выходу?

Книга III

Сол, Михаэль и Вылк отправились отмечать в “Чары Волчары” - таверну в Нью-Бонке. К сожалению, Кримсон была слишком занята укладкой дороги и не смогла присоединиться к ним.
В таверне посетители сидели кучками, болтали, ели, пили, играли в карты. Вечер только начинался, все спокойно отдыхали. Парни уселись за стойку. Корчмарь протянул Вылку небольшой бочонок из-под стойки. Вылк зубами сорвал пломбу, вынул пробку, сунул нос в бочонок и понюхал содержимое и налил себе и Солу. Для Михаэля в специальной машине эстенского производства варилось кофе.
—Парни, мы сегодня прекрасно поработали, так выпьем же за наш успех, за успех Содружества и Эстен. — Друзья чокнулись и отпили из кружек.
—Я бы всё отдал за то, чтобы увидеть выражение лица Риспикса, когда ты у него потребовал жеребёнка. Жаль только, лица у него нет…— Парни засмеялись.
—Что с медовухой? — Сол поморщился. — Горькая.
— Сол, мы пьём одно и то же. Она хорошая. Распробуй.
— Она странная…
— Не хочешь медовуху - иди чай попей… на цокольном этаже. — Вылк нарочито громко сдерживал своё хихиканье, Михаэль закатил глаза. Сол нахмурился, посмотрел в кружку и осушил её залпом. Вылк поднял брови от удивления и потянулся за бочонком, не хотелось оставлять кружку гостя пустой.
— Сегодня годовщина смерти Редфокса. — Михаэль хлопнул себя по лбу от досады: он вспомнил об этом лишь сейчас.
— Он уже был в возрасте когда я начал строить Нью-Бонк, а учитывая то, что алепусы и так недолго живут…
— Мне кажется Лунар скучает по Редфоксу. — Михаэль задумчиво провёл пальцем по трещинке в деревянной столешнице.
— В смысле?
— Сами подумайте, пока Редфокс был жив, Лунар бодался исключительно с ним, стоило ему умереть - его словно подменили. Мне кажется, он действительно скорбит о потере… достойного противника?
— Надо сходить на кладбище проверить, не оставил ли Лунар цветов… — Сол посмотрел в потолок, отпив из кружки.

В чёрных морях разгулялся шторм, о берег с грохотом бились чёрные волны. Косой острый дождь бил по крышам оставленных домов Чёрного острова. Под необузданными ветрами гнулись стволы акаций.
На мшистом холме стоял чёрный обелиск алепуса Редфокса, рыжего лиса, предводителя Пирры и Чёрного Ордена, всеобщего любимца, пушистого. Ни одна живая душа не посетила кладбище в этот вечер… кроме одной.
Неподвижная фигура серпского военного наместника, сама собой напоминавшая надгробие, неподвижно стояла у памятника. С его плаща стекала дождевая вода. Он достал из-за пазухи укрываемые от непогоды красные и рыжие герберы, поднял их над головой и раскрыл ладонь. Цветы моментально подхватил ветер. Тиран понимал, что стихия в любом случае унесла бы их в море.

— Старый рыжий прохвост. — Прорычал Вылк, сжимая кулак.
— Эй! — Послышалось из-за столика за спиной Вылка. Он обернулся через плечо. За столом в компании сверстника сидел юноша, одна из прядей его волос по пиррийскому обычаю была окрашена в красный и золотой.
“Метис” — Промелькнуло в голове у Вылка. — “Или беглый мальчик-пирриец…”
— О мёртвых либо хорошо, либо ничего… Особенно о великих… В такой-то день! — Юнец встал из-за стола.
— Тяжело иначе, когда этот лис в качестве подарка на день рождения моего первенца украсил нашу нору на Сонном острове лисьими минами…
— Он уже был стар и не мог контролировать себя, и... — Паренёк всплеснул руками, не зная, что сказать.
— И ему уже тогда было пора на покой! — ехидно дополнил его фразу сидящий за другим столом серпский призывник. Кроме него за столом сидело ещё трое военных в фиолетовых доспехах.
100% мобилизация населения Империи Серп не отменяла того, что их город соседствовал с Нью-Бонком, не отменяла их потребности в веселье и их готовности отдать своё жалование за выпивку.
— Замолкните, лунатики! — Униженного пиррёнка поддержал его друг, вставший из-за стола.
— Долой тирана! — крикнул юнец, потрясая кулаком над головой. Все посетители таверны наблюдали за скандалом. Трое фиолетовых вскочили со скамьи. Четвёртый остался сидеть на месте, прижавшись спиной к стене и придвинув поближе свою кружку. Началась политическая перепалка. Вылк устало вздохнул, отвернулся и закрыл лицо руками. Михаэль на пару с Солом с интересом слушали ругань молодых людей. Волк услышал удар кулака по чьему-то лицу.
— Выметайтесь! Весь мордобой на улице! — Началась неравная борьба: трое серпских военных младшего состава начали избивать двоих пропиррийских парней. Волк и Сол вскочили со стульев разнимать драчунов, из-за стойки на подмогу вышел корчмарь, какой-то посетитель тоже не остался в стороне. — Кода-а-а! — позвал Вылк, скручивая руку серпского юнца. С цокольного этажа, гулко топая по ступеням, прискакал широкоплечий вышибала в кожаном доспехе. По ходу бега он завязывал пояс своих штанов.
С трудом дотянувшись до дверной ручки, дверь в таверну открыл мальчик лет 6-ти. Из его длинных серебристо-серых волос торчали палки, листья, хвойные игры и многое другое. Он встал как вкопанный, наблюдая, как отец, пытаясь удержать незнакомца в фиолетовом, получает от него локтем по лицу. От удивления малыш раскрыл рот и прижал к груди свиток, который он принёс. Наконец, буйных удалось начать толкать к выходу. Спар в панике огляделся и юркнул под стол.
Пятерых юнцов столкнули с порога таверны на улицу. Вышибала остался на страже, все остальные вернулись внутрь.
Вылкдрих, глава Содружества Волчьих Городов, старший вожак всех окрестных волчьих стай, зашёл в таверну, обтирая перчатки о свою одежду. Он проводил взглядом Сола, идущего к своему месту. Краем глаза Вылк увидел, что кто-то сидит под столом и заглянул под него. Там, обняв колени, сидел его младший сын.
— Здравствуй, сынок. — Спар поднял голову на отца, на чьей щеке краснел след от удара. — Долго тут сидишь? — Мальчик кивнул. — А что в дракона не обернулся?
— Забыл… — После некоторой паузы ответил малыш.
— Друг, мы замечательно посидели, но с меня на сегодня хватит. — Трезвенник-Михаэль подошёл к Волку, усаживавшему сына на скамью. — Я домой.
— Конечно, брат. — Вылк похлопал друга по плечу. — Ты полетишь?
— Да, придётся.
— Да уберегут тебя волки в дороге. — Друзья попрощались, Сол заторопился к уходящему.
— Михаэль, — Сол сдержался, чтобы не обратиться к нему по военному званию. — Я хочу остаться.
— Оставайся.
— Кто на посту сейчас? Алекс? Василиск? — зашептал Сол.
— Не переживай об этом. Хорошего вечера. — Михаэль покинул заведение.

— Что ты принёс мне? — Вылк сел рядом с сыном на скамье. За тем же столиком у окна сидел последний серпский военный, с любопытством рассматривая ребёнка. Спар нервничал от внимания фиолетового. Мальчик глубоко вдохнул, переводя глаза со свитка на отца и обратно. Вылк терпеливо ждал, пока сын ответит.
—...Мама ругается. — Он протянул отцу свиток. Вылк развернул послание и, с нарочито важным видом, наискось ознакомился с письмом жены.
— Спасибо, что доставил мне послание… уровня государственной важности. Сходи отнеси на мой стол. — Родитель свернул письмо и протянул сыну. Другой рукой он потянулся к тарелке с сушёным мясом, оставленную фиолетовыми. — Тебе за работу - кролик сушёный. — При виде угощения ребёнок улыбнулся впервые за время визита. Он потянулся за угощением, стараясь схватить его зубам. — Стой-стой. — Вылк понял, что сын от радости обернётся драконом. — Ты сможешь его съесть, только если ногами спокойно выйдешь и закроешь за собой дверь, договорились? — Сын несколько раз утвердительно кивнул, после чего получил мясо и потопал к выходу. Сразу после того, как дверь закрылась, Волк услышал взмахи крыльев сына.
Вылкдрих исподлобья смотрел на оставшегося фиолетового. Юный военный нервно хлебнул из своей кружки, съёживаясь от взгляда жёлтых глаз.
— Что?... Вы и меня выгоните? — Призывник заёрзал на ящике, поставленным на скамью. Вылк слегка наклонил голову и увидел на нём выжженный полумесяц серпа. Юнец заметил это и закинул ногу на ногу, пытаясь перекрыть обзор Волку.
— Не-е-ет, что ты, молодой, ты спокойно сидишь и заплатил за питьё, зачем тебя выгонять? — Вылк, смеясь, передвинулся по скамье так, чтобы оказаться напротив молодого воина. — Или ты не платил? — Его тон вдруг стал серьёзным и холодным.
— Никак нет, сэр!... — Фиолетовый шлёпнул себя ладонью по губам, когда понял, что обратился к правителю Содружества как к старшему по званию. К счастью, ни один сослуживец этого не услышал. — За всё уплачено, ваш корчмарь всё видел! — Военный трясущейся рукой указал на работника заведения. Вторая рука была постоянно сжата в кулак, что-то держа.
— Тише, тише, молодой, что ты такой нервный… Ты лучше покажи, что это у тебя такое в руке? — игриво поинтересовался Вылк. Юнец послушно поднёс руку к столу и раскрыл кулак. Из руки с приятным волчьему уху стуком выкатились 6 фиолетовых игральных костей с жёлтыми точками. Вылк, широко улыбаясь, полез в карман за своими костями. — Хочешь сыграть?

Яркие лучи рассветного солнца с усердием пробивались через утренний туман, где-то неподалёку снова и снова каркал ворон, надрывая горло.
Потрескивающий костёр был собран из досок ящика с эмблемой серпа. Вылк в одиночестве рассортировал его содержимое: галеты, буханка хлеба в провощённой бумаге, банки консервированного мяса, суп в кубиках, печенье, сахар, соль и что-то ещё по мелочи. Всё это было рассчитано на четверых. Вылк вертел в руках нечто в форме бруса, завёрнутое в бумагу без опознавательных знаков. Он раскрыл упаковку и увидел спрессованные чайные листья.
“Вот, оказывается, чем занимается серпская армия”, — думал Вылк, доставая брикет. В длину он был примерно с его предплечье. — “Чаёвничает.”
Вдруг из кустов в лесном массиве послышался громкий харкающий кашель. Волк увидел, как из-под куста “восстаёт” его друг. Он, шатаясь, направился к костру и с усталым стоном уселся рядом. — Доброе утро, чай скоро будет готов. — Вылк отломил четверть чайного бруса и кинул в котелок, кипящий над огнём.
— Где я… — Сол схватился за лоб.
— К западу от таверны. — Вылк взял одну из консервных банок, открыл и поставил греться у огня.
— А почему ты не с бодуна?
— Я толком-то и не пил. Ты не заметил, что я весь вечер не доливал себе в кружку?
— А, ооо…
— Где ты был? Ходил с девчонками чай пить? — Вылк улыбнулся, Сол заскрипел зубами.
— Я женат! — С ударом на последний слог прикрикнул Сол, после чего его голову пронзила боль.
Послышались взмахи крыльев улетающего ворона.
— Прости, пожалуйста, я упустил данный эпизод твоей биографии. — Вылк смутился. Палкой он отодвинул банку от огня, взял из запасов буханку хлеба, она очень удачно оказалась нарезанной.
— Поешь, полегчает. — Он протянул Солу хлеб и открытую банку, содержимое которой походило на тушёнку. До носа Сола дошёл запах неизвестной субстанции.
— Ужас, что это?...
— Вообрази: ты серпский военный и ешь вот это на завтрак, обед и ужин.
— Откуда?...
— После того, как ты ушёл, начал играть в кости с лунатиком. Ему хватило мозгов поставить свой ящик с провизией после того, как он проиграл мне все деньги. — Сол сонно кивнул, зачерпнул хлебом нечто из консервы, положил в рот и, стараясь поменьше жевать, проглотил.
— Доброе утро, старший советник Сол Лихтенштайн. — К Солу обращался глубокий голос из-за спины. Из дрогнувшей руки на землю упала консерва. Обернувшись, он увидел за спиной Драка — старшего сына Вылка. Он пришёл ровно к 7:00, как ему и велел отец.
— На секунду я подумал, что это всё сон и меня будит коллега в совете. — Сол отвёл руку от сердца, не заметив, как за него схватился. Он вздохнул, вспомнив о работе.
— Драк, налей Солу чаю, потом проводишь его мою спальню, я соберу твоих братьев, будем ждать тебя здесь. — Вылк достал из кармана аккуратно сложенный лист бумаги.

— Зачем мы тут пошли?! — Белый волчонок заскулил, его лапа застряла между скользких камней горной речки. Вылк сомкнул клыки на шкирке Дара, он подтянул его и вытащил из западни.
— Идя по реке, ты можешь скрыть свои следы и свой запах.
— Но никто не идёт по нашему следу!
— Ты уверен? — с рычанием спросил Драк, обернувшись на младшего брата.
В истинном обличье передняя часть тела Драка была волчьей, задняя — драконьей. За драконоволком волочился чешуйчатый хвост. Старший сын уже перерос отца. Несмотря на свои габариты, Драк успешно справлялся с непростым ландшафтом и шёл впереди. Спар тоже принимал участие в походе, перелетая со скалы на скалу.
Вылк продолжал идти в гору, думая о письме от жены.
“Ты слишком строг к Дару. Ты видишь в нём себя самого, но он — не ты. В нём течёт драконья кровь. Если постоянно подавлять его силу, он найдёт обходы твоего запрета, и последствия могут быть ужасны. Ты принял Спара как дракона, прими и Дара.”

В горах драконоволчье семейство заметило хромающую горную козу, они без труда загнали её. Сразу после этого Спар навострил уши, после чего спешно улетел в сторону города, как обычно, ничего не сказав.
Вылк, наевшись, осмотрелся вокруг. Они были на каменистом плато. На всей округу было лишь пара деревьев и островки сухой травы. На глаза ему попалось трухлявое бревно.
Отец семейства встал с места и направился к травянистому островку. Он толкал бревно головой подальше от травы. Дети с любопытством наблюдали за отцом.
— Дар, иди сюда. — Волк позвал среднего сына, отойдя подальше от бревна. Волчонок послушно затрусил к отцу. — Подожги бревно.
— Что? — Дар не поверил своим ушам. — Я? Поджечь его? Моим огнём? — На каждый вопрос сына Вылк утвердительно кивнул.
Дар встал поудобнее, глубоко вдохнул и выдохнул, после чего пустил тонкую струю пламени.
— Давай сильнее! — ободряюще крикнул отец, отходя на пару шагов назад.
Волчонок вложил все силы в своё пламя, он смог продержать его с минуту, после чего остановился, устало выдохнув. Из его пасти травило дымом. Бревно было влажным, оно горело недолго, после чего задымилось.
— Вы втроём можете приходить сюда, чтобы Дару было не скучно тренироваться огненному дыханию.
— Правда? — спросил Дар, тяжело дыша. Вылк кивнул. Его хвост активно завилял. — Спасибо-спасибо-спасибо! — щенок бросился к родителю. Он радостно пропрыгал пару кругов вокруг отца, после усевшись перед взрослым волком, начал лизать его шею и щёки. Вылк одобрительно замахал хвостом и лизнул сына между ушей.
Послышался хлопот крыльев — недалеко приземлился Спар.
— Дядя рыцарь приехал. — сообщил дракончик.
— Сэр Хорро… — Старший был без ума от Хорро — приятеля Вылка, учтивого рыцаря и умелого мечника. — Отец, позволь отправиться в город сейчас, я хочу успеть надеть кольчугу… и умыться.
— Ну так и быть, идите втроём, я вас догоню. — Вылк проводил взглядом сыновей. Вылк, стоя на горном плато, с высоты осматривал родные леса, с удовольствием вдыхая воздух, полнящийся множеством родных запахов. Он начал спускаться с горы.

Вылку снился сон. Была ночь. Он с отцом сидел у костра на длинном бревне, недалеко на палках фехтовали Драк и Дар, скорее всего, где-то по лесу носился Спар, над костром висел кипящий котелок. Мужчины чистили картошку, их лица и руки освещало тёплое пламя. У поджарого отца была свежая короткая стрижка и, несмотря на серебристо-серый цвет волос, в некоторых местах чётко виднелась седина. Его брови, как и бородка-островок, были чёрного цвета как и брови Вылка. Он выглядел довольно молодо. Он выглядел точно так же, как и в день своей гибели.
— Если бы ты выбирал, когда умереть, когда бы ты хотел? — поинтересовался отец, кидая в костёр очищенную кожуру. Вылк отложил картофель и нож в сторону, поставил руки на бревно за спиной, откидываясь назад. Он закрыл глаза и задумался.
— Я бы хотел умереть летом. В конце лета. Я бы лёг в опавшие листья, мне бы казалось, что я тону в них. Тогда бы я умер с улыбкой на лице. — Вылк открыл один глаз и посмотрел на отца, он чувствовал, что на него накатывают слезы, но сдерживался.
— А в какой час ты бы хотел умереть?
— Пффф, — Вылк закатил глаза, — конечно же, в ночной час я бы хотел умереть. Когда на небе видна каждая звезда. Чтобы мои дети и волки увидели, как моя душа восходит по звёздной лестнице в пещеру душ. — Вылк сглотнул. — Мне очень больно было тем днём, ведь я даже не увидел, как твоя душа прыгает по ступеням. — Вылк, продолжая опираться на руки за спиной, посмотрел своими горящими жёлтым в ночи глазами на родителя. Отец, продолжая чистить картошку, перевёл взгляд на Вылка.
— Ну, сын, — вздохнул он, — прости. Я не выбирал то время, когда мне умереть. — Он отложил нож и потрепал сына за плечо.
Вылк наблюдал за фехтующими детьми. По всей видимости, Драку удалось убедить Дара драться по правилам, у него даже был виден некоторый прогресс.
— Вы бы с Драком нашли общий язык. — Вылк смотрел на старшего сына. — Он так на тебя похож… такой спокойный, его голова всегда холодная.
— А мне кажется, я бы нашёл общий язык с Даром.
— Почему?
— Потому что он похож на тебя.